gorgulenok: (горгуленок)
[livejournal.com profile] shn , офигенное совершенно.

**** )
gorgulenok: (горгуленок)
... А когда месяц назад меня резко потянуло перечитать "Имя розы", я не знала, что прощаюсь. Я так и не убрала книгу на полку, и сейчас я достаю ее из-под подушки — черно-матовую с серебряными буквами, с обтрепанным надорванным корешком — я переворачиваю страницы наугад, я вспоминаю, вспоминаю...

Вильгельм осмотрел простыню и сказал: "Теперь все ясно".
"Так где же Беренгар?" — спросили у него.
"Не знаю", — ответил он.

"Нельзя безнаказанно посягать на имущество добрых христиан, иначе добрые христиане посчитают тебя разбойником".


"О лампаде позаботишься ты. Зайдешь на кухню в обед, возьмешь одну".
"Украсть?"
"Позаимствовать, во славу имени Господня".

"Вы говорите — еретик. Вы, затворники, чья жизнь начинается в замке и оканчивается в монастыре, думаете, что еретик — это мировоззрение, внушенное дьяволом. А это просто способ существовать. И это... И это было... что-то необыкновенное! Никаких господ. И Бог, как нам внушали, был за нас. Я не утверждаю, Вильгельм, что мы были правы. Ты и видишь-то сейчас меня тут потому, что я довольно быстро покинул тех... Но я никогда не мог понять ваши ученые разговоры о бедности Христа, о необходимости, о собственности, о владении... Говорят тебе, это был буйный карнавал, а на карнавалах все всегда вверх тормашками. Но затем приходит старость. И не делает нас мудрее, а делает жаднее. И вот теперь я — старый обжора... Еретика ты пошлешь на костер. А обжору?"

"Хорошо, ну а как же вы сами, — закричал я в ответ уже с каким-то яростным вызовом, — почему не говорите, на чьей вы стороне, на чьей стороне истина?"
Ответом Вильгельма было молчание. Не говоря ни единого слова, он медленно поднял и стал разглядывать на просвет обрабатываемую линзу. Наконец он опустил руку, навел линзу на железное точило и спросил меня: "Что это?"
"Точило. В увеличенном виде".
"Что ж. Самое большее, что в твоих силах, — это смотреть как можно лучше".


Смех и слезы средневековья. Его средневековья — и моего средневековья.
Я прощаюсь с тем, кто написал книгу, которая стала в свое время моей свободой.
gorgulenok: (горгуленок)
Взялась перечитывать "Имя розы" — я эту книгу перечитываю, как моя бабушка "Войну и мир", раз в несколько лет — и вижу вдруг то, что моя голова как-то пропускала раньше.
Вижу и... ой блин. Ой, это ж надо так.

Переписывая повесть, я не имею в виду никаких современных аллюзий. В те годы, когда судьба подбросила мне книгу аббата Валле, бытовало убеждение, что писать можно только с прицелом на современность и с умыслом изменить мир. Прошло десять лет, и все успокоились, признав за писателем кровное право писать из чистой любви к процессу. Это и позволяет мне рассказать совершенно свободно, просто ради удовольствия рассказывать, историю Адсона Мелькского, и ужасно приятно и утешительно думать, до чего она далека от сегодняшнего мира, откуда бдение разума, слава богу, выдворило всех чудовищ, которых некогда породил его сон. И до чего блистательно отсутствуют здесь любые отсылки к современности, любые наши сегодняшние тревоги и чаяния.

В то время, когда я "Имя розы" читала в первый раз — еще в "Иностранной литературе" — я еще не могла оценить эту иронию, банально не доросла. Видимо, поэтому и забыла этот кусок начисто. А позже пробегала глазами предисловие "Разумеется, рукопись" невнимательно, потому что не ощущала его самоценности, мне казалось, что оно тут чисто ради интертекста болтается.
gorgulenok: (горгуленок)
... дико интересный пост об "Иронии судьбы" как фильме о путешествии между мирами, вообще про то, что там есть что с символической точки зрения.
На самом деле я сама его именно про это в детстве и смотрела — и поэтому вообще смотрела, при всей моей нелюбви к советским мелодрамам, советским комедиям и вообще кино про "нашу действительность", про здесь и сейчас.
И меня впечатлило, как точно мои ощущения сформулированы. Тогдашние еще, детские ощущения.

Вот: http://users.livejournal.com/_sirano_/1286629.html

И дальше пост про современное продолжение, которое "Ирония судьбы 2": http://users.livejournal.com/_sirano_/1286827.html
Я его, в смысле продолжение, не смотрела, но поскольку и вряд ли буду, то тоже прочитала, забив на предупреждение про спойлеры.
gorgulenok: (горгуленок)
Без ката, не хочу это под кат, кто стихи не читает — промотайте тогда просто текст, ок?


Дмитрий Быков
Пасхальное


…А между тем благая весть — всегда в разгар триумфа ада, и это только так и есть, и только так всегда и надо! Когда, казалось, нам велят — а может, сами захотели, — спускаться глубже, глубже в ад по лестнице Страстной недели: все силы тьмы сошлись на смотр, стесняться некого — а че там; бежал Фома, отрекся Петр, Иуда занят пересчетом, — но в мир бесцельного труда и опротивевшего блуда вступает чудо лишь тогда, когда уже никак без чуда, когда надежда ни одна не намекает нам, что живы, и перспектива есть одна — отказ от всякой перспективы.

На всех углах твердят вопрос, осклабясь радостно, как звери: «Уроды, где же ваш Христос?» А наш Христос пока в пещере, в ночной тиши. От чуждых глаз его скрывает плащаница. Он там, пока любой из нас не дрогнет и не усомнится (не усомнится только тот глядящий пристально и строго неколебимый идиот, что вообще не верит в Бога).

Земля безвидна и пуста. Ни милосердия, ни смысла. На ней не может быть Христа, его и не было, приснился. Сыскав сомнительный приют, не ожидая утешенья, сидят апостолы, и пьют, и выясняют отношенья:

— Погибло все. Одни мечты. Тут сеять — только тратить зерна.

— Предатель ты.

— Подослан ты.

— Он был неправ.

— Неправ?!

— Бесспорно. Он был неправ, а правы те. Не то, понятно и дитяти, он вряд ли был бы на кресте, что он и сам предвидел, кстати. Нас, дураков, попутал бес…

Но тут приходит Магдалина и говорит: «Воскрес! Воскрес! Он говорил, я говорила!» И этот звонкий женский крик среди бессилия и злобы раздастся в тот последний миг, когда еще чуть-чуть — и все бы.

Глядишь кругом — земля черна. Еще потерпим — и привыкнем. И в воскресение зерна никто не верит, как Уитмен. Нас окружает только месть, и празднословье, и опаска, а если вдруг надежда есть — то это все еще не Пасха. Провал не так еще глубок. Мы скатимся к осипшим песням о том, что не воскреснет Бог, а мы подавно не воскреснем. Он нас презрел, забыл, отверг, лишил и гнева, и заботы; сперва прошел страстной четверг, потом безвременье субботы, — и лишь тогда ударит свет, его увижу в этот день я: не раньше, нет, не позже, нет, — в час отреченья и паденья.

Когда не десять и не сто, а миллион поверит бреду; когда уже ничто, ничто не намекает на победу, — ударит свет и все сожжет, и смерть отступится, оскалясь. Вот Пасха. Вот ее сюжет. Христос воскрес.

А вы боялись.


Отсюда: http://www.novayagazeta.ru/columns/68038.html

gorgulenok: (горгуленок)
Не мое, конечно.

****
один из моих аватар
живет в библиотеке
читает, бездельничает, пьет кофе
участвует в разговорах, поливает цветы, разглядывает
решетки на круглых окнах
к нему привыкли, тем более
он правдами и неправдами выяснил
что до следующего перерождения ему осталось лет двести
а значит, достаточно времени для возвышенного безделья
для которого требуется особая дисциплина
он неутомим, он почти написал диссертацию
он побывал на всех этажах, нижних и верхних
в черных отделах он почти деталь интерьера
подай вон тот пентакль, принеси кофе
он искал там вначале разгадку своей неожиданной смерти
потом надоело
ведь столько всего неузнанного
и химеры, что разговаривают во сне
и сверкающий мета-текст всего мироздания...

и придет время, когда
он возьмет в руки свою диссертацию
и не сможет прочесть название
жизнь придет за ним неотвратимо, и он откроет глаза
где-нибудь среди пустыни
и назовет свое имя
на каком-нибудь языке ангельском
которые успел выучить за время почти бесконечного отпуска
_____________________________________________

а я не могу заснуть, туман, решетки на окнах
кажутся мне какими-то черными буквами
у меня перекличка с ним через пространство и время
как дела, что узнано, что прочитано
я здорово отстаю
ведь я даже
еще не умер

[livejournal.com profile] shn
gorgulenok: (горгуленок)
... И вы, может быть, не представляете себе отчетливо, насколько в нашем обществе распространяется дурной тон и какие безобразия позволяют себе люди, если они как часть общей массы чувствуют себя освобожденными от личной ответственности.
З. Фрейд, "Введение в психоанализ"
(выделено мной)
gorgulenok: (горгуленок)
Ну что я хочу сказать.
Много чего я ждала от нашего правительства, а такой мерзости, подлости и глупости, как нападение на Украину, все-таки придумать не могла.
Хотя люди, которые поддерживают у нас эту идею, удивили меня, прямо скажем, сильнее.
Слава Гитлера, я смотрю, некоторым покоя не дает.

Народ, я в норме никогда не пишу у себя в ЖЖ на те темы, по поводу которых не собираюсь ни спорить, ни уважать другое мнение. Но тут просто уже нельзя молчать.

    * * *
... Снова, снова — громом среди праздности,
Комом в горле, пулею в стволе:
— Граждане, отечество в опасности!
Наши танки на чужой земле!

Вопят прохвосты-петухи,
Что виноватых нет,
Но за вранье и за грехи
Тебе держать ответ!

За каждый шаг и каждый сбой
Тебе держать ответ!
А если нет, так черт с тобой,
На нет и спроса нет.

Тогда опейся допьяна
Похлебкою вранья.
И пусть опять — моя вина,
Моя вина, моя война! —
И смерть опять моя!


Это Александр Галич, чуть меньше полувека назад.
gorgulenok: (горгуленок)
Я думаю о том, что книги бывают афористичными и нет, и это больше связано с тем, как книга написана, а не с тем, насколько она культовая и любимая.
(Говорю ж, банальность думаю.)
Буджолд так и тянет цитировать, и ее цитируют.

Боюсь, кризис с канализацией лишь временно осветил его жизнь.
Репутация — это то, что знают о тебе другие. Честь — это то, что знаешь о себе ты сам.


Ну и мое личное любимое, самое любимое, за что я запомнила бы "Осколки чести", если бы не было никаких других причин эту книгу запомнить:
Я не могу сказать, что без ума от него. Но если он порежется, у меня течет кровь.

А вот Роулинг, при всей моей любви к "Гарри Поттеру", я не цитирую — нечего. Все важное там выражается в событиях, а не во фразах.
А "Хроники Эмбера" цитирую регулярно.

Что такое — зеленое, красное, и ходит по кругу, по кругу, по кругу? (В русском переводе — арбуз в мясорубке, в оригинале — лягушка в центрифуге.)
С чего-то же все должно было начаться. А какой облик ты этому придашь, меня не интересует.

И всегда не совсем правильно цитируемое (и сейчас тоже), но всегда отлично узнаваемое в пересказе:
Я часто замечал, что нежность к родным имеет тенденцию возрастать прямо пропорционально расстоянию.

В "Доме, в котором" есть до фига мыслей, которые процитировать хочется, но фразы ускользают, дразнятся смыслы, слова не собираются в то, чем они были в книге.
У меня есть там, правда, любимая фраза, но чтобы ее оценить, нужно хорошо помнить контекст, поэтому это сугубо внутреннее удовольствие, хотя иногда буквально трепещет на губах: А где твоя летучая мышь?
gorgulenok: (горгуленок)
Исполняется на мотив "Четыре трупа возле танка украсят утренний пейзаж".

А я собрался на работу
И даже щас пойду туда.
А на работу неохота,
Такая, братцы, вот беда.

... А на работу неохота,
И так оно почти всегда.

А я собираюсь на игру и мне тоже так неохота, кто бы знал...
gorgulenok: (Default)
Перечитываю "Волшебника Изумрудного города" на ночь глядя.

"Если бы у тебя были мозги в голове, ты был бы как все люди. Мозги - единственно стоящая вещь у вороны... и у человека!"

Не скажу что ппкс, но что-то в этой мысли явно есть очень такое, здравое.
gorgulenok: (горгуленок)
Перечитываю "Вечного человека" Честертона.
Трудно сказать, обогнал Честертон своё время, как раньше любили говорить про некоторых людей, или от него на много веков отстал - но над нашим временем он поднялся и посмотрел на него сверху.

"Если человек живёт один в соломенной хижине в глубинах Тибета, ему нетрудно внушить, что он подданный Китайской империи, а империя эта, конечно, велика и величественна. Можете внушить ему, что он подданный империи Британской, - ничего, он тоже обрадуется. Но, как ни удивительно, приходит час, когда он гораздо более уверен в империи, которой не видит, чем в хижине, которую видит. В голове у него всё странно, загадочно сдвигается, и рассуждает он, исходя из империи, хотя живёт именно в хижине. Иногда он сходит с ума и утверждает, что хижины просто нет, потому что столь высокая цивилизация не потерпела бы такой дыры. Однако безумие его основано на той же ошибке - он думает, что, если идея по имени Китай велика и величава, это уже не только идея. Такой способ мышления очень любят в наше время и распространяют на понятия ещё менее ощутимые, чем Китайская империя."

А как в наши-то дни любят такой способ мышления... Если не знать, что человек писал это не в наши дни, а почти сто лет назад - пожалуй, и сомнения не возникнет, что имеется в виду наше время и современное мышление.

"Ни один разумный человек не хотел бы увеличивать количество длинных слов. Но мне всё-таки придётся сказать, что нам нужна новая наука, которая могла бы называться психологической историей. Я хотел бы найти в книгах не политические документы, а сведения о том, что значило то или иное слово и событие в сознании человека, по возможности - обыкновенного."

Эта наука называется в итоге культурной антропологией. Она возникла в общем через десятилетие-другое после того, как Честертон это написал. Но то, что он - не историк - чувствовал, насколько именно такой подход к истории правилен, насколько именно этот взгляд необходим - это показатель ума, способного к предвидению. Причём ведь его предвидение было не случайным и разовым, а постоянным, во многих вещах.
Читаю и прусь.

Profile

gorgulenok: (Default)
gorgulenok

June 2017

S M T W T F S
     123
456 78 910
11121314151617
18192021222324
252627282930 

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 26th, 2017 06:43 am
Powered by Dreamwidth Studios